Задолго до трагических событий во французской Ницце летом 2016 года, идея массового убийства с помощью тяжелой грузовой техники пришла в голову персоне женского рода в социалистической Чехословакии образца 1973 года.

Однако, в отличии от террористических посылов радикальных исламистов, пражский инцидент, повлекший смерть восьмерых и ранения разной тяжести еще двенадцати человек имел в в основе личную трагедию морально раздавленной и глубоко несчастной женщины, решившей выплеснуть свое горе на ни в чем не повинных посторонних людей.


Подобный бунт против черствости общества возымел широчайший, но прямо противоположный от ожидаемого ”террористкой” эффект на чешскую общественность. Но обо всем по порядку.

Кто вы, откуда вы?

Летом 1951 года в чешской столице во вполне благополучной семье банковского служащего Антонина Гепнарова появилась вторая девочка, которую назвали вполне по-советски — Ольгой. Ее сестра Ева была на два года старше. Мама Анна занималась врачебной стоматологической практикой и семья могла себе позволить вполне комфортное существование в Праге. Нельзя на текущий момент установить причины психического расстройства, имевшего место у младшей дочери, но на момент школьного возраста у девочки уже наблюдались, со слов учителей и воспитателей, множественные внутренние противоречия.

Можно понять позицию родителей, не предпринимавших попыток лечения ребенка в раннем детстве по причине серьезного давления со стороны общества на индивидуумов, которым непосчастливилось в те годы прослыть состоящими на учете в лечебных психзаведениях.

Подобный диагноз дочери мог негативно сказаться на карьере обоих родителей Ольги, поэтому взрослые предпочли списывать мнительность и неуравновешенность младшей дочери на трудный возраст — тринадцатилетняя Ольга нередко убегала из дома, игнорировала занятия в школе, не могла завести друзей. Из писем-дневников девочки следовало, что сверстники постоянно третировали ребенка, смеялись и издевались над ней нередко с подачи учителей. Каждый день Ольга со страхом отправлялась на занятия, ожидая от сверстников и педагогов только негатив и озлобленность. Не лучшим отношением, судя из записок девочки, могла похвастаться и атмосфера внутри семьи к травмированному ребенку — очевидно, младшая дочь страдала от тотального недостатка родительского внимания и заботы.

Реакция Ольги на враждебное окружение была соответствующей — подросток предпринял попытку самоубийства наглотавшись таблеток. Результатом инцидента стало помещение девочки на год в психиатрическую лечебницу, где проводимое лечение, как видимо, не возымело надлежащих результатов.

Между небом и землей — война!

Некоторые откровения Ольги приводят типичное, по ее мнению, враждебное издевательское отношение к ней со стороны совершенно незнакомых людей. В качестве примера она приводит случай, когда её, идущую с музыкальной школы, атаковал на улице незнакомый посторонний парень, с силой пнувший девушку между ног. Описанная ситуация выглядит довольно спорной — сомнительно, что такой поступок имел место на самом деле, подобную выходку со стороны парня скорее всего строго бы осудили прохожие да и наврятли бы хрупкая девочка-подросток своим внешним видом спровоцировала в отношении себя такую агрессию. Вероятнее всего, в расстроенном мозгу несчастного ребенка сформировалась своя вселенная, действительность которой воспринималась самой Гепнаровой как враждебное окружение, генерирующее только такое восприятие ребенком происходящих событий. Попав в ловушку собственного разума, Ольга уже не могла реагировать на происходящие вокруг нее события жизни иначе, чем с позиций тотального озлобления против нее, невольно только усиливая негативный эффект и отталкивая от себя даже тех людей, кто хотел бы ей на самом деле помочь.

Читайте также: ПУГАЮЩАЯ ИСТОРИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ НИДЕРЛАНДСКИХ ТУРИСТОК ЛИСАНН ФРОН И КРИС КРЕМЕРС В ДЖУНГЛЯХ ПАНАМЫ

Нарастающая как снежный ком истерия не позволила вполне способному ребенку, имевшему неплохую успеваемость по школьным предметам получить аттестат зрелости. По видимому, Ольга бросила школу перед самым выпуском: оказаться на финальной линейке со своими “угнетателями” — эта мысль ей казалась невыносимой. Позже, на многочисленных допросах она признается, что всю молодость была одиночкой, отвергнутой, недопонятой, брошенной. Внутренняя обида на весь мир выжигала ее полностью и она, скорее всего, даже не допускала мысли, что в первую очередь сама рушила основу своего благополучия, отметая все попытки помочь ей и наладить контакт из-за надуманного неверия в добрые посылы, представив себя несчастной жертвой, исключительностью, заслуживающей всестороннего сочувствия.

Гори-гори ясно

В своей семье Ольга видела только врага. Это дистанцирование от близких, сдобренное ненавистью к ним привело к инициированию девятнадцатилетней Гепнаровой поджога родительского дома с целью убийства всей семьи во время ночного сна. Гепнарова-младшая, работавшая после школы обыкновенным водителем грузовика, облила бензином и подожгла сельский дом, принадлежавший отцу, в котором ночевали ее родители и сестра.

К счастью, проснувшиеся вовремя домочадцы сумели избежать трагедии. Загородный дом, который служил яблоком раздора в семье, оттягивавший серьезные средства на свой ремонт и содержание из семейного бюджета Гепнаровых, не стал братской могилой несчастным родственникам психопатки. Возбужденное следствие не заподозрило Ольгу,  которая заранее позаботилась об алиби, вместо этого начав третировать ее сестру, а затем отца. За недостаточностью улик дело пришлось закрыть. Правда об этом инциденте всплыла значительно позже, из откровений Ольги на допросах после ее нашумевшего ареста.

Несчастная женщина опаснее пожара

Не нашедшая после неудавшегося поджога удовлетворения, злоба юного шофера продолжала разрушать личность Ольги изнутри. Оказавшись не в силах простить мир за грехи, которые он не совершал по отношению к психически травмированному ребенку, Гепнарова пришла к решению жестоко и публично наказать свое “равнодушное” к ее персональному несчастью общество в лице случайных прохожих, ждущих трамвая на городской остановке.

Похоже, что оставшись никому не нужной на свой двадцать второй день рождения, Гепнарова твердо решила разработать и реализовать жестокий план мести ничего не подозревающему миру. Подробно описав план кровавой вендетты с использованием служебного грузовика, Ольга разослала “письма счастья” в несколько чешских газетных изданий. В признании она настаивала, что совершит ужасный акт вполне осмысленно и постарается довести количество жертв по возможности до максимума. Гепнарова писала: Так как ее дальнейшая жизнь теперь лишена всякого смысла, совершать самоубийства она не будет — мир не достоин такого подарка с ее стороны. Наоборот, она постарается сделать этому обществу как можно больнее и позволит затем ему расквитаться с ней!

Спустя неполные две недели после своего дня рождения, Гепнарова выехала на охоту. Присмотрев трамвайную остановку, безумный водитель дважды выходил на смертельный вираж. Но в первый заход душегубку не удовлетворило число ожидавших очередной трамвай — вагон недавно отошел, вместив в себя счастливчиков, ускользнувших от мести разочарованной в жизни молодой водительши. Собравшаяся новая группа народу не сумела должным образом отреагировать на резко свернувшую с проезжей части мостовой на тротуар шеститонную “Татру”, совсем не пытавшуюся тормозить, врезавшись в массу народа.

Конец несчастливого пути

После содеянного Гепнарова призналась, что почувствовала глубокое удовлетворение и ничуть не раскаивается в своих действиях. От бесчеловечного поступка ее не отвлекли бы факты присутствия на остановки детей или значительно большего количества народа.

Напрасно следствие пыталось подтянуть под материалы дела политическую составляющую, напрасно пыталось найти иное логическое объяснение случившемуся. Письма с откровениями душегубки попали в редакции газет спустя несколько дней после трагедии, но не возымели ожидаемого для Гепнаровой эффекта на общественность: вместо признанного покаяния перед несчастной жертвой семейно-социального произвола, жестокий мир, который Гепнарова так не принимала и ненавидела, ответил ей очередной ожидаемой взаимностью — утром 12 марта 1975 года приговоренная к смерти без права на обжалование Гепнарова Ольга была повешена в пражской городской тюрьме Панкрац.

Не получившая сочувствия убийца отказывалась принимать вынесенное судьями суровое решение — подгибала ноги и валилась на пол камеры смертников, препятствуя работе своих палачей. В 6.40 судебный исполнитель зафиксировал смерть в результате удушья последней женщины в Чехии, в отношении которой имел место смертный приговор.

Не справившаяся со своей жизнью Гепнарова изгоем ушла в мир иной, прихватив с собой еще восемь человек, но так ничего никому не доказав.

Читайте также: ДЖОН УЭЙН ГЕЙСИ. РЕАЛЬНЫЙ КЛОУН-УБИЙЦА, ПОСЛУЖИВШИЙ ПРООБРАЗОМ ДЛЯ ПЕННИВАЙЗА ИЗ «ОНО»