Шестьдесят лет назад в октябре 1957 года в бывшем СССР произвели старт первого в мире рукотворного спутника планеты Земля. Удачный запуск продемонстрировал всем странам послевоенного времени техническое и идеологическое превосходство Советского Союза и недвусмысленно позволил утереть нос главному конкуренту Красной державы — Соединенным Штатам Америки. 4 октября стал днем официального начала космической эры и празднуется в России как День ее космических войск.

Советское радио

Несомненно, всем известно, как выглядел первый искусственный спутник: его дизайн давно стал легко узнаваемой проекцией для различного рода символики и многочисленных иллюстраций. Воплощение технологической зрелости человека разумного, сумевшего прикоснуться к космосу, на самом деле являлось достаточно скромным инженерным проектом в сравнении с современными системами, запускаемыми на земную орбиту или в глубь Солнечной системы. Первый советский спутник, именуемый в технических документах ПС-1, “просто спутник” (на самом деле “простейший спутник”) представлял из себя всего лишь мощный радиопередатчик, вещавший одновременно всего на двух частотах и массивного чемодана почти сотни электрических батарей, питавших это незамысловатое радио. Вес первой космической потехи был меньше ста килограмм.

А диаметр сферы корпуса — около шестидесяти сантиметров. По сравнению с современными малыми спутниками размером со школьный автобус, “Спутник-1” вполне был способен затеряться на небосводе. Однако, для выталкивания за пределы привычного нам земного уклада жизни даже столь незначительных массы и габаритов потребовалась ракета длиной более тридцати метров и весом в двести семьдесят тонн! Вот такой вот невысокий КПД заявлялся как победа над бренностью земного прозябания и дерзкий месседж к божественным небожителям.

Кузькина мать

Стоит сказать, что у чопорной Америки в те годы не выходило повторить даже таких скромных результатов — американская космическая программа терпела аварию за аварией в своих циклах запусков и превосходство СССР в успешном развитии межконтинентальных средств доставки ядерных боеголовок размерами и весом схожих со “Спутником-1” не на шутку тревожило офицеров Пентагона.

Читайте также: ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ АТОМНОГО ЛЕДЯНОГО ЧЕРВЯ

Ведь для любого военного аналитика вовсе не секрет, что прорыв космической “блокады” человечества — это шаг в установлении контроля за поверхностью планеты с высоких орбит и возможность развертывания над территорией других государств непрерывного наблюдения и систем военного вмешательства. Ракетоноситель 8К71ПС, осуществившая вывод на земную орбиту первого искусственного спутника Земли, как ей и пророчили, стала авангардом развития советских межконтинентальных баллистических ракет. Хотя сама ракета изначально и создавалась именно для доставки водородных бомб за океан — учитывая ее обнадеживающие характеристики, советские инженеры выбрали агрегат для реализации своей космической программы.

Исторический же старт произошел с территории Казахстана, с испытательного ракетного полигона недалеко от поселка Торетам Кызылординской области.

Успешный старт навсегда изменил перспективы секретного военного объекта и близлежащего поселка, обеспеченного узлом железной дороги направления “Москва — Ташкент” и возможностью речной доставки материалов по второй из крупнейших рек Средней Азии — Сырдарье. С 1961 года этот научно-исследовательский испытательный полигон переименовали в Байконур — по названию поселка Байконур в Карагандинской области, где был расположен “липовый” космодром для введения в заблуждение иностранной разведки и всех ее шпионов с целью предотвращения возможных диверсий.

Мал, да удал

Хоть внешний вид первого космического спутника знаком очень многим, большинство неверно считает, что корпус “небесного радио” имел четыре антенны для трансляции своего сигнала. На самом деле антенны было две — каждая огибала корпус посередине и уходила своими спицами под углом в семьдесят градусов от горизонтального сечения спутника, образуя всеми узнаваемые пруты длиной 2,4 и 2,9 метров, торчащие назад. На самом деле понятие “назад” было весьма условным, так как спутник не имел внутренних систем для своей стабилизации и при полете вполне вероятно мог лететь “хвостом” вперед. Для этого антенн и было две, а их ориентация позволяла уверенно принимать сигнал на удалении до трех тысяч километров независимо от разворота спутника в пространстве. Каждая из антенн передавала свою частоту, при этом, когда передача шла по одному каналу, второй в это время молчал и наоборот. Так что можно сказать, что Спутник-1 производил непрерывную передачу, но радиоприемники на Земле, настроенные на какую-либо одну из двух частот (20,005 и 40,002 МГц) выдавали в эфир короткие “би-биканья”, длительность которых составляла чуть менее, чем полсекунды. Схема радиопередатчика была связана с бортовыми измерительными приборами внутри устройства — термореле и барометром. Перед стартом в герметичный корпус спутника инженеры закачали азот под избыточным давлением. Ученые хотели проверить, как спутник выдержит испытание на герметичность и перегрев в космическом пространстве. Если бы давление внутри корпуса упало, то барометр через цепь управления изменил бы длительность сигнала на одной частоте, а если бы температура вышла из своих допустимых пределов — термореле сообщило бы об этом на землю, изменив длительность второго сигнала. Таким примитивным способом конструкторы пытались получить первичные данные об условиях за пределами атмосферы и технических трудностях, с которыми им придется столкнуться в будущем.

Выведение радиопередатчика с мощностью до 1 Ватта за пределы ионосферы Земли позволило провести прогрессивное изучение радиосферы планеты — ведь все ранее производимые опыты основывались на результатах анализа отраженных сигналов с поверхности и их гармоник. Передача Спутника-1 пронизывала ионосферу, давая возможность узнать о величине ослабления и отражения сигналов из космоса и величине искажений. Подобный опыт был бесценным для организации последующих систем радиоуправления космическими станциями и Луноходом, организации космической связи и развития Интернета в целом.

Дюрасел отдыхает

Советский спутник передавал знаменитый сигнал около трех недель, превысив расчетный срок работы своих батарей, весьма обнадежив конструкторов. Когда батарейки у “зайчика” окончательно сели, стальной шарик продолжил свою научно-изыскательскую деятельность уже в качестве тела с известными точными весовыми и геометрическими параметрами: следящие за искусственным небесным телом обсерватории проверяли расчеты по входу объекта в атмосферу, влияние ее на высоту орбиты и уровень падения скорости ввиду торможения в разреженных слоях. Подобные данные позволили получить дальнейшие расчеты скорости и углов входа в атмосферу посадочных модулей с космонавтами на борту — столь ценные измерения легли в основу отдельной теории торможения спутников в верхних слоях атмосферы.

Читайте также: 8 ФАКТОВ О ДРЕВНЕМ РИМЕ, КОТОРЫЕ СТАНУТ ОТКРЫТИЕМ ДАЖЕ ДЛЯ ИСТОРИКОВ